Языки Европы, или немного экзотики

Мария Коношенко

Мария Коно­шен­ко
Пре­по­да­ва­тель Инсти­ту­та линг­ви­сти­ки РГГУ,
науч­ный сотруд­ник Инсти­ту­та совре­мен­ных линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний МГГУ,
аспи­рант Инсти­ту­та язы­ко­зна­ния РАН.

Что такое экзо­ти­че­ский язык? Навер­ное, какой-нибудь далё­кий, непри­выч­ный, может быть, со слож­ной пись­мен­но­стью. На вопрос «С чем у вас ассо­ци­и­ру­ет­ся сло­во­со­че­та­ние „экзо­ти­че­ский язык“?» мож­но полу­чить самые раз­но­об­раз­ные отве­ты — китай­ский, гавай­ский, гуа­ра­ни, сома­лий­ский и т. д. Это и неуди­ви­тель­но — язы­ков на зем­ле ведь око­ло семи тысяч.

В сво­ей лек­ции я буду гово­рить о язы­ко­вой экзо­ти­ке в двух раз­ных смыс­лах.

Во-пер­вых, экзо­ти­че­ское — это то, что непри­выч­но для нас, носи­те­лей кон­крет­но­го язы­ка. Напри­мер, рус­ский язык — очень экзо­ти­че­ский с точ­ки зре­ния носи­те­лей англий­ско­го. И изу­ча­ют его на отде­ле­ни­ях восточ­ных язы­ков — вме­сте с китай­ским, япон­ским и араб­ским.

Во-вто­рых, экзо­ти­че­ское — это то, что вооб­ще ред­ко встре­ча­ет­ся в мире. Это дико­ви­ны, оди­на­ко­во уди­ви­тель­ные для всех. Напри­мер, в неко­то­рых язы­ках южной Афри­ки (зулу, коса и др.) есть так назы­ва­е­мые щел­ка­ю­щие зву­ки, похо­жие на наше цока­нье язы­ком. Тако­го боль­ше нет нигде в мире — толь­ко в южной Афри­ке, и это насто­я­щая ред­кость, это экзо­ти­ка.

И вот когда вы уже, может быть, настро­и­лись слу­шать про щел­ка­ю­щие зву­ки в Южной Афри­ке или про отсут­ствие глу­хих соглас­ных в Австра­лии, нуж­но доба­вить, что рас­ска­зы­вать-то я буду про язы­ки Евро­пы. Мно­гие из них вы учи­ли, про мно­гие слы­ша­ли. В сво­ей лек­ции я хочу пока­зать, что если вам хочет­ся экзо­ти­ки, то ехать в Китай или Южную Аме­ри­ку вовсе не обя­за­тель­но.

В Евро­пе есть мно­же­ство необыч­но­го — и непри­выч­но­го для нас как носи­те­лей рус­ско­го язы­ка. Мы пого­во­рим про исланд­ские глу­хие сонор­ные, дат­ский «тол­чок», пор­ту­галь­ский спря­га­е­мый инфи­ни­тив и ирланд­ские началь­ные чере­до­ва­ния.

А теперь самое инте­рес­ное — ока­зы­ва­ет­ся, что такая при­выч­ная для язы­ков Евро­пы вещь, как опре­де­лен­ный и неопре­де­лен­ный артикль или, напри­мер, обя­за­тель­ное нали­чие под­ле­жа­ще­го в пред­ло­же­нии — это рав­но­силь­но щел­ка­ю­щим зву­кам, если смот­реть в миро­вой пер­спек­ти­ве.

Так что на самом деле не так уж и оче­вид­но, какой язык более экзо­ти­че­ский — англий­ский или гуа­ра­ни.